Исраил 95REG (israil_95reg) wrote in glob_politics,
Исраил 95REG
israil_95reg
glob_politics

Categories:

Турецкий и ливийский факторы в укреплении отношений между КНР и АРЕ

Министр иностранных дел Китая Ван И посетил Каир. Во время переговоров он призвал поднять китайско-египетское стратегическое партнерство на более высокий уровень и обозначил свою позицию по вопросу территориальных споров в отношении ведения турецкой стороной геологоразведочной деятельности в спорной акватории Средиземного моря. В принципе ее можно назвать нейтральной, но при этом китайцы все-таки в большей степени поддерживают по этому вопросу позицию стран ЕС.



Надо напомнить, что Анкара, оспаривающая границы исключительной экономической зоны Республики Кипр. Президент Эрдоган заявил о готовности страны защищать права турок-киприотов на шельфовые месторождения, в том числе с применением вооруженных сил. Евросоюз в свою очередь ввел санкции в отношении Турции из-за бурения в исключительной экономической зоне Кипра. Ограничительные меры будут включать сокращение финансовой поддержки Анкары и приостановку переговоров по соглашению о воздушных перевозках. Страны ЕС также готовы рассмотреть и другие виды ограничительных мер, если Турция продолжит нарушать "суверенные права" Кипра.

По оценке ряда экспертов, в то время как китайское экономическое и дипломатическое присутствие расширяется в Средиземноморье, визит министра иностранных дел ясно свидетельствует о том, что Пекин не может принять сторону Анкары в нынешних кризисах в регионе. Египет возражает против политики Турции в отношении морских границ Восточного Средиземноморья и ситуации в Ливии. Ван И особо подчеркнул в Каире, что Китай рассматривает Египет как новый международный центр судоходства и логистики в Средиземноморье и будет работать с ним для скорейшего политического урегулирования кризиса в Ливии. Этот тезис был акцентирован Ваном И во время всех его встреч в Каире, а он встретился с президентом АРЕ Абдель Фаттахом ас-Сиси, премьер-министром Мустафой Кемалем Мадбули, министром иностранных дел Самехом Хасаном Шукри и генеральным секретарем Лиги арабских государств Ахмедом Абуль Гейтом во время его официальной программы в АРЕ.

В свою очередь президент А.Ф.ас-Сиси заявил: "Египет готов работать вместе с Китаем для продвижения всеобъемлющего стратегического партнерства на более высокий уровень". По данным китайского внешнеполитического ведомства, он также отметил, что "Египет надеется стать ключевым партнером в продвижении китайской инициативы "Пояс и путь»(BRI)". BRI относится к экономическому поясу Шелкового пути и морскому Шелковому пути XXI века, которые были запущены председателем КНР Си Цзиньпином в 2013 г с целью создания торговой и инфраструктурной сети, простирающейся от Восточной Азии до Европы и Африки вдоль древних торговых путей Шелкового пути.

По данным китайского внешнеполитического ведомства, премьер-министр Мадбули приветствовал увеличение инвестиций китайских предприятий в строительство Китайско-египетской зоны экономического и торгового сотрудничества в Суэце. "Обе стороны должны реализовать важный консенсус, достигнутый обоими президентами, и еще больше углубить сотрудничество во всех областях", — сказал Ван И на этой встрече. Кроме того, он подчеркнул, что "Китай готов видеть большую синергию между BRI и египетским видением 2030 и строить международные судоходные и региональные логистические центры в Египте". В этой связи надо особо отметить, что общий подход Пекина к африканскому направлению остается в принципе неизменным: это прежде всего решение вопросов экономики при практически полном дистанцировании от местных политических кризисов. Но во время поездки в Каир мининдел КНР не смог обойти тему Ливии, и это не случайно. "Китай поддерживал контакты с различными группировками в Ливии и активно работал с различными сторонами для содействия переговорам о мире", — сказал он, подчеркнув, что "Китай будет работать с Египтом и предпринимать активные и конструктивные усилия для скорейшего политического урегулирования этого вопроса и для мира и стабильности в Средиземноморском регионе".

Надо отметить две вещи, которые заставляют китайцев аккуратно выходить из зоны нейтральности по ливийскому досье и в большей степени солидаризоваться в этом вопросе с позицией АРЕ и ОАЭ по этому вопросу.

1) Это экономические перспективы кооперации с этими двумя странами с точки зрения реализации своих логистических маршрутов через Суэцкий канал и Красное море в район Африканского Рога. Принципиальную важность этого аспекта для Пекина подчеркивает тот факт, что китайцы в общем-то пошли на нарушение своих принципов нейтральности во внешней политике и основали серьезную военно-морскую базу в Джибути. Настолько серьезную, что она в состоянии принимать и подводные лодки. И не случайно, что после Каира Ван И отправился именно в Джибути. Во время встречи "тет-а-тет" министр иностранных дел Китая Ван И передал президенту Джибути Исмаилу Омару Гелле благодарность Си Цзиньпина за важную поддержку, которую Джибути оказывает Китаю, чтобы помочь ему реализовать свои международные амбиции. Это было, среди прочего, признанием согласия Джибути на то, чтобы статус китайской военно-морской базы в этой стране был повышен с материально-технического до оперативного, с предоставлением ей тех же прав, что и американским и французским базам. Это было одним из условий, установленных китайским лидером для того, чтобы согласиться на просьбу Гелле на форуме "Один пояс, один путь" о смягчении и переносе сроков погашения задолженности Джибути. После встречи министр иностранных дел Китая пояснил, что в координации с Джибути будущая оперативная база будет использоваться для военно-морского сопровождения, поддержания мира и операций по борьбе с терроризмом и пиратством.

Традиционные западные союзники Джибути, которые не были проинформированы об этом, сейчас крайне обеспокоены потенциальными последствиями этого решения. В этом контексте отношения с АРЕ с перспективой использования Суэцкого канала играет для Пекина принципиальную роль: без Суэца все амбициозные логистические и экономические проекты КНР самым серьезным образом нивелируются. Отсюда и позиция Пекина по ливийскому досье; отсюда и поставки китайских дронов ЛНА Хафтара через ОАЭ и АРЕ. Этот аспект ВТС полагается в Пекине еще и крайне важным в силу того, что он открывает путь на рынки поставок беспилотников не только в АРЕ, но и в страны Персидского залива. ОАЭ в свое время развернули в Ливии свои БПЛА Wing Loong II (китайского производства) для поддержки сил Халифы Хафтара. Парк беспилотников Loongs стал главным авиационным активом Хафтара, что позволяло армии ОАЭ и ее китайским поставщикам получить необходимую статистику налета и использования этих дронов в реальных боевых условиях в объеме тысяч летных часов. Этот опыт был ценным, в том числе и с коммерческой точки зрения, поскольку эмиратский государственный оборонный конгломерат Tawazun внес по итогам этой кампании значительные изменения в датчики и телекоммуникационное оборудование беспилотника, что стало важным аспектом успешного процесса интеграции дронов Loongs в египетскую армию. При всем этом Китай не принимал непосредственного участия в ливийском конфликте, даже при условии того, что армия ОАЭ активно использовала свои китайские беспилотники Wing Loong и ракеты Blue Arrow 7 для поддержки ЛНА против сил ПНС Фаиза Сарраджа.

Тем не менее Китай проводил целенаправленную работу по сбору развединформации о кризисе, используя собственные ресурсы, а также в интересах апробирования нового вооружения собственного производства. В том числе и новых типов беспилотников SD-40B производства Сямыньской компании Han’s Eagle. Эта модель, которая официально предназначена для гражданских целей, таких как картографирование и инспекция инфраструктуры электрической и нефтяной промышленности, сейчас фактически адаптирована для удовлетворения потребностей в разведке и наведения на цель в интересах ВМС КНР. Он имеет вертикальную взлетно-посадочную способность (VTOL) и может нести одновременно два типа датчиков, включая камеры, радары, GSM-перехватчики и тому подобное.

2. Это уйгуры, которые воюют сейчас в той же Сирии под турецкой плотной опекой. Турция является первой крупной мусульманской страной, выступившей (хотя чисто формально и по договоренностям с Пекином) против продолжающегося интернирования китайских уйгуров, имеющих общие тюркские корни с большей частью населения Турции. При этом уйгурский вопрос особенно чувствителен для Пекина, учитывая, что родина уйгуров и самый западный регион Китая Синьцзян является жизненно важной частью пекинской инициативы BRI. Именно через нее проходят или должны будут проходить основные логистические маршруты между Центральной Азией и Пакистаном.

Этот уйгурский демарш Анкары можно рассматривать как попытку Р.Т.Эрдогана разыграть лишний раз националистическую карту перед выборами, но суть турецкой поддержки уйгуров никуда не делась принципиально: она то возникает, то ретушируется турками в зависимости от политической конъюнктуры.
Subscribe

promo glob_politics july 13, 2020 14:02 1
Buy for 10 tokens
Сообщество glob_politics предназначено для обсуждения политической ситуации в России и в мире, событий политической истории и публикации объявлений политического характера. Премодерация постов не производится. Виртуалы и жж - роботы не могут быть членами сообщества. В сообществе…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments